Стр. 35 - Заготовка

Упрощенная HTML-версия

31
Книга вторая
весь город сводит с ума и за известную плату кому угодно открыва-
ет тайну судьбы, в какой день вернее всего заключать браки, в какой
крепче всего постройки закладывать, какой торговым сделкам спо-
дручнее, какой для путешествия посуху удобнее, какой для плава-
ния благоприятнее. Когда я наконец задал ему вопрос, что случится
со мною в этом странствии, он насказал много удивительнейших
и разнообразных вещей, сказал, что и слава цветущая меня ожи-
дает, и великие приключения невероятные, которым трудно будет
верить и в устной передаче, и в письменной.
13. Ухмыльнувшись на это, Милон говорит: — А какой с виду
этот халдей и как его звать? — Длинный, — отвечаю, — и чернова-
тенький, Диофан по имени. — Он самый! — воскликнул. — Никто,
как он! Он и у нас подобным же образом многое многим предсказы-
вал за немалые деньги, и больше того, достигши уже высшей платы,
впал, несчастный, в убожество, даже, можно сказать, в ничтожество.
В один прекрасный день, когда, окруженный тесным кольцом
народа, давал он предсказания в кружок стоявшим, подошел к нему
некий купец, по имени Кердон, желая узнать день, благоприятный
для отплытия. Тот ему уже день указал, уже кошелек появился на
сцену, денежки высыпали, отсчитали сотню денариев, условленную
плату за предсказание, как вдруг сзади протискивается какой-то
молодой человек приличного вида, схватывает его за полу, а когда
тот обернулся, обнимает его и крепко-накрепко целует. А тот, от-
ветив на его поцелуи, усадил рядом с собой и, ошеломленный не-
ожиданностью встречи, забыв о торговой сделке, которую совер-
шил, говорит ему: — Что же так поздно приходишь ты, долгождан-
ный? — А тот, другой, отвечает на это: — Как раз с наступлением
вечера. Ты лучше, братец, расскажи мне, каким образом держал ты
путь морем и сушей с тех пор, как ты поспешно отплыл с острова
Эвбеи?
14. На это Диофан, этот халдей доблестный, но нетвердый в разу-
ме, говорит: — Врагам и неприятелям всем нашим пожелал бы я
такого сурового, поистине Улиссова странствия! Ведь корабль наш,